you can indeed

Еще не перевелись в южном Девоншире носители знатных фамилий, отпрыски пэров и, возможно, даже прямые потомки сэра Чарльза Баскервиля, сохранившие благороднейшие манеры и говорящие на таком изысканном английском, что хочется взять блокнот и записывать за ними каждое слово, чтобы потом при случае щегольнуть им на одном из госпитальных балов.
Однако неумолимый ход времени все же накладывает отпечатки и на незыблемые традиции. И вот яркое тому подтверждение:
Джессика и Джонатан, утонченная молодая пара с ярко выраженными врожденными аристократическими замашками, говорящая так, словно только что сошла с экранов сериала «Дживс и Вустер», пришла к нам рожать своего первенца (тоже потенциального отпрыска знатной фамилии, между прочим).
Было все. И толщиной в «Войну и мир» план родов, расписанный поминутно, распечатанный на бумаге Conqueror (по 20 фунтов за 50 листов), обрамленный в шикарную кожаную папку с серебряными уголками.
Записи в том фолианте были примерно такие: «когда начнутся первые схватки, я бы хотела чтобы сестры милосердия принесли мне чашку свежезаваренного чая, чтобы набраться сил перед родами»
( Read more... )

***********************************************

Автор - Денис Цепов, практикующий акушер Лондонского Королевского Госпиталя

Его ЖЖ

Он на Либрусеке

очень рекомендую - мегапозитив!

Ольга Громова, художник-иллюстратор



( ЕЩЕ, ЕЩЕ, ЕЩЕ! )

ФЕЙСБУК-МОРАЛЬ

Оригинал взят у kilt_forfun в ФЕЙСБУК-МОРАЛЬ

Моя прекрасная пятилетняя дочь играла на пляже песочком, а любящий папаша делал фотоснимки. Самый очаровательный в мире ребенок в самом очаровательном в мире купальничке и с бесподобнейшей панамкой на голове лепил куличики, а я созерцал ее с тем восторгом, с каким ни один да Винчи не смотрел на завершенную Мону Лизу. И, разумеется, я понял, что должен поделиться этим восхитительным зрелищем со всем человечеством, потому что стоит только посмотреть на мою дочку – и все войны на планете закончатся, а все плохие люди станут хорошими. Потому что невозможно делать зло, если где-то на планете сидит вот такой ангел с песком на носу.
«Нет, – сказал мне «Фейсбук». – Вы не можете размещать это непристойное изображение, потому что вы гнусный педофил». То есть текст был слегка вежливее, но суть от этого не менялась. Модератор не пропустил снимок, ибо он шел по строжайше запрещенной категории «Голые дети». При этом Варя была во вполне пуританском купальнике, в каком ни одна взрослая модель не стала бы сниматься, дабы не быть обвиненной в ханжестве. Иногда мне кажется, что мир сошел с ума. И я вместе с ним, потому что после отказа меня на какое-то время посетила мысль о том, что снимок, наверное, и в самом деле страшно неприличный. На нем, к примеру, виден детский пупок.
Педоистерия заставляет меня испытывать вполне шизофренически раздвоенные чувства. С одной стороны, я, как и положено отцу, готов сам рвать на куски любого гада, который считает, что ему позволено делать больно детям. И пусть лучше сядут десять невинных, чем один маньяк доберется-таки своими гнусными лапами до ребенка… С другой стороны, иногда очень ясно понимаешь, что этим невинным можешь стать ты сам, причем в любой момент. Потому что ты – мужчина. Тот хирург, Тапия, мне очень сильно кажется, невиновен в том, в чем его обвиняет супруга, решившая отжать у мужа бизнес. Уж больно интенсивно идет отжим, что мало вяжется с образом матери, с ребенком которой произошла трагедия. Но его осудят, потому что есть решительная мама и ее не менее решительная дочка, которая уверенно заявляет дядям следователям, что плохой отчим совал руки ей в белье. В деле Макарова даже не потребовалось показаний жены и ребенка: один сомнительный анализ мочи и один более чем сомнительный анализ детского рисунка отправили парня за решетку на 13 лет. И Астахов еще очень к месту заявил, что самое пострадавшее лицо в этой истории – ребенок. Неправда ваша, господин Астахов. Самое пострадавшее лицо тут – папа, который в шаге от суицида сидит по убийственной статье в пыточных условиях, а второе самое пострадавшее лицо – его жена, теряющая сознание в судебных коридорах. А ребенок кушает кашу, рисует котиков и скучает по папе.
И ведь заступаться за Тапию или Макарова публичные персоны не торопятся. Уж больно гадкое дело. Уж в больно отвратительном поступке их обвиняют. Виновны или невиновны, но лезть туда не хочется никому.
Я люблю детей. Но я понимаю, что сейчас любой ребенок превращает отца в заложника, который целиком и полностью зависит от благородства своей жены, бывшей или настоящей. Или даже не жены, а няни. Школьной учительницы. Соседа. Потому что позвонить в полицию и сказать: «Я видела, как он трогал ребенка» – очень просто, а остановить лавину, которая начнется после этого, невозможно. Обнять ребенка, поцеловать ребенка, усадить ребенка на горшок, искупать ребенка – это все выходит далеко за рамки фейсбук-морали.
Особенно если это, не дай бог, приемный ребенок, а не твой собственный. У нас и так матери-одиночки не слишком легко находят себе мужей, сейчас же, думаю, осторожный мужчина будет обходить их за километр. На всякий случай.

Илья Безуглый "ФЕЙСБУК-МОРАЛЬ"<br /><br />Моя прекрасная пятилетняя дочь играла на пляже песочком, а любящий папаша делал фотоснимки. Самый очаровательный в мире ребенок в самом очаровательном в мире купальничке и с бесподобнейшей панамкой на голове лепил куличики, а я созерцал ее с тем восторгом, с каким ни один да Винчи не смотрел на завершенную Мону Лизу. И, разумеется, я понял, что должен поделиться этим восхитительным зрелищем со всем человечеством, потому что стоит только посмотреть на мою дочку – и все войны на планете закончатся, а все плохие люди станут хорошими. Потому что невозможно делать зло, если где-то на планете сидит вот такой ангел с песком на носу. <br /><br /><a data-cke-saved-href="ССЫЛКА" href="ССЫЛКА">Читать дальше</a>

---